Donnerstag, 1. Juni 2017

Мощи святителя Николая в Москве. Записки певчей: взгляд изнутри и снаружи


Мощи святителя Николая в Москве
Записки певчей: взгляд изнутри и снаружи

Известие о пребывании в Москве, в Храме Христа Спасителя мощей святителя Николая, Мир Ликийского чудотворца я восприняла без особых эмоций. Во-первых, в Бари я была, во-вторых, меня посещала, как многих такая мысль, что поклониться мощам святого можно во многих храмах Москвы, где есть их частицы.
Но меня не переставал мучить вопрос: раз так, то зачем же тогда тысячи людей все равно приезжают и идут, и стоят многочасовые очереди к мощам святого? Впрочем, и сама я сильно колебалась – идти или не идти. Молилась святителю о вразумлении.
Позже я узнаю, что любой «твердо стоящий на ногах» певчий может принять участие в пении молебна и акафиста у мощей святителя. Я решила, что нужно обязательно поучаствовать. Поскольку можно было поехать петь целым клиросом, то я предлагаю певчим нашего храма. Они соглашаются, уже обговорили время, организаторы подтвердили. И вдруг большинство наших клирошан отказывается, остаемся только я и еще один певчий. Что делать? Отказываться совсем или просто одной присоединяться к любой группе певчих? Хотелось попеть со своими.
Все это происходит в тот день, когда я собиралась лежать дома и болеть, поскольку несколько дней уже испытывала недомогания, а в этот день проснулась особенно простуженной. Мама мне сообщает, что собралась прямо сейчас идти к мощам. Я, не долго думая, отложив решение вопроса с молебном на потом, просто поехала вместе с мамой, вроде как на разведку. Болею, не болею, не важно! Почему-то дома не нахожу себе место и понимаю, что просто надо поехать и все. Время уже после обеда. Сколько стоять – один Бог знает, кто-то за час проходил, кто-то за три.
Выходим на станции метро «Парк Культуры», доверившись сообщению машиниста поезда, что конец очереди именно там. Не сразу, но находим этот конец, увидев с Крымского моста, на который мы зачем-то поднялись, толпу людей. Думали поначалу, что это очередь на теплоход, но количество платочков на головах дало понять, что это, скорее всего, группа верующих. Так оно и вышло.
Мама мне еще говорила: «а зачем ты пойдешь? Ты же потом, когда петь будешь, сможешь приложиться без очереди». Но нет, мне хотелось испытать все и с другой стороны, а также поддержать маму. Да и просто понять, наконец, зачем же люди стоят в этих очередях.
Поддерживать маму пришлось уже в самом начале очереди, когда она мысленно оценив продолжительность стояния, обратилась ко мне со словами
– Ну что, пойдем? Мы же вроде как на разведку пришли.
– Ну уж нет, раз пришли, будем стоять до конца, – ответила я.
А небо уже предвещало смену теплой солнечной погоды на что-то менее приятное. Начинал капать дождь и местами усиливался ветер.
Очередь проходила к мощам не в непрерывном движении, а как бы перебежками. Наша группа стояла перед самым Крымским мостом в ожидании первой перебежки под мост. После моста такие перебежки следовали от автобуса до следующего автобуса, где уставшие могли посидеть. Также эти «стоянки» были оборудованы био-туалетами и палатками с едой и напитками.
Это началось внезапно. Небо стало очень серым, покапывал дождь. Я смотрю в сторону через дорогу, где ветром сносит разные ограждения. И понимаю, что эта ветрина сейчас двинется в нашу сторону. Мысленно понимаю, что сейчас нас просто может спокойно подцепить и снести в Москва-реку или ветер зацепит железные ограждения, которые упадут на нас, порвет провода и … случится может все, что угодно. Становится страшно. Так беззащитно я себя еще никогда не ощущала. И так сильно никогда, наверное, не молилась. Конечно, святителю в первую очередь. «Пришел мой смертный час, – проносилось у меня в мыслях. – Но ведь мне еще рано, я не готова, – отвечала другая мысль. Я вспоминала параллельно последние грехи, а также то, что два дня назад я причастилась».
Когда эта туча урагана неслась в нашу сторону, было реальное ощущение, что она нас снесет, кто-то повизгивал, но в итоге все отделались лишь легким испугом и тем, что оказались в пыли и песке. Потом сами не поняли как, но наша группа, наконец, совершила первое движение и остановилась под мостом, где и пробыла под прикрытием все самое жуткое время урагана и дождя.
«Там мужчину насмерть убило, остановка упала на него» – слышу я последние новости из очереди». А с нами ничего.
Все же велика вера русских людей. Ничто, никакая стихия не сдвинет их с цели. Ведь никто не выбежал из очереди, все остались стоять. Вспоминая потом этот момент, понимаешь, что будто нас какой-то невидимый ореол тогда защищал, что нас не коснулась свирепая стихия.
Под мостом, чтобы как-то прийти в себя мы с мамой стали петь и читать канон святителю Николаю (из службы перенесения мощей). Раза два-три за все время прочитали акафист, пели тропари, величание. Интересно, что в эти моменты замолкали в очереди разные разговоры, и как-то все становилось умиротворенно и спокойно. Чувствовалось некое единство всех людей, стоящих в очереди, которые совсем не знают друг друга.
За время стояния к мощам решился и мой вопрос по поводу пения на молебне. Каким-то чудом я все же набрала певчих, и даже нашлась опытная регент, которая смогла взять управление хора на себя.
Мы простояли в очереди часов пять. Когда уже были совсем у входа в Храм Христа Спасителя, погода наладилась и было солнечно, а на небе облака нарисовали сердце. Святитель встречал нас с любовью.


Немного потолкавшись непосредственно при входе в дверях храма, мы наконец оказались внутри. Там за порядком в очереди следили специальные люди, прося людей не загораживать проход к свечному ящику, выстраивая очередь в два ряда. Было без десяти семь вечера. В восемь должен был начаться очередной молебен. Мне, конечно, было интересно посмотреть, что да как перед тем, как самой петь там.
И вот в восемь вечера, когда мы сами уже подходили к мощам, хор человек из тринадцати запел «Бог Господь» и тропарь Святителю (перенесения мощей). Регент стоит машет, улыбается. Так складно и едино они пели! Мне сразу захотелось к ним.
Непосредственно перед самими мощами очередь делили, и каждый человек одновременно прикладывался к мощам справа и слева. Конечно, как обычно, просили креститься заранее ну и задерживаться у мощей не позволяли. Как-то все быстро прошло, я даже ничего особенного не ощутила. Намного больше я ощутила, когда стояли в самой очереди.
– Думаю, что не в храме он пребывает, а с народом, – сказала потом мама.
– Конечно! Кто бы нас от урагана иначе защитил!

Через день я снова была в Храме Христа Спасителя, у мощей святителя, но уже в качестве певчей.
Я набрала семь человек знакомых и друзей плюс три человека, которые должны были к нам присоединиться со слов организатора. В итоге их было только двое, всего пело нас девять человек.
Встретились мы на улице у метро Кропоткинская за сорок минут до начала молебна. Долго кого-то ждали, после чего двинулись в сторону храма. Идти близко, но везде все отгорожено, особый пропускной режим. Проблема возникла уже на первой такой точке. Что-то у них там не состыковалось, нас не хотели пропускать. Организатор куда-то убегала, потом снова пришла и пыталась доказать стражам правопорядка, что она тут постоянно ходит с людьми, что мы никакие не террористы, а просто певчие, а через десять минут начнется молебен, где нам все же желательно вовремя оказаться. Слава Богу, все сами догадались взять с собой паспорта, их все же пришлось предъявить, несмотря на то, что сообщили, что они не понадобятся.  
Вторая проблема возникла уже за пять минут до начала молебна, на втором пропускном пункте, где нас проверяли по списку. Двое из наших в этом списке не значились. Уговорами организатора их все же пропустили.
Снова пытались с нас что-то требовать на третьем пропускном пункте уже непосредственно на территории храма. Тут уже организатор умоляюще просила пропустить нас быстро без всяких проверок, так как молебен должен был начаться с минуты на минуту.
Наконец, мы внутри. Зашли через другие левые двери (через правые заходит общая очередь). К счастью наш молебен еще не начался, а предыдущий хор допевал Величание.
Регент раздала нам последования с текстом (на церковно-славянском), расставила нас, как ей это было нужно, успокоила морально (молодец!). Начали петь. На душе так радостно. Поешь в большей степени со знакомыми и друзьями в главном храме страны, кругом столько людей, чувствуется единение всех. Пусть где-то слышатся плач младенцев и крики болящих, но это лишь говорит об огромной силе и благодати происходящего.
Регента я не знала лично, но девушка оказалась прекрасным человеком и опытным специалистом. Самое главное качество у нее было – умение всех успокоить и собрать воедино, быстро реагировать на ситуацию и при этом самой оставаться спокойной, передавать это спокойствие певчим.
Последование молебна включало в себя последование обычного молебна с пением «Бог Господь», каноном святителю на глас 8 (из службы перенесения мощей) и включенным в него акафистом. В конце еще были предложены стихиры святителю, но мы их почему-то не пели. За два часа нашего пения один раз спели все полностью, второй – только «Бог Господь» и акафист.
После окончания пения мы пошли приложиться к мощам вне очереди.
Вот так мне удалось посмотреть на сие событие с разных сторон и поучаствовать в нем. Я получила ответы на все свои вопросы.
Точно могу сказать – пока в нашей стране такие потоки людей собираются к мощам святого, жива наша вера и нашу страну не победить!

Montag, 10. April 2017

Аудио-тест "Церковное пение"

Проверьте Ваши знания, ответьте на вопросы

Если Вы певчий или регент, то вопросы теста не должны составить для Вас особого труда. Если Вы не имеете отношения к клиросу, то в этом случае Вы почерпнете для себя новые знания о богослужении и пении в церкви.

Montag, 23. Januar 2017

Книга "Регент Марина или наша служба и опасна и трудна". Часть II

Книга "Регент Марина или наша служба и опасна и трудна" 
Часть II


Книга-мечта, в  первой части которой рассказывается про регента Марину, встретившей на своем жизненном пути певчего Дмитрия, в лице которого она обрела мужа и друга -родственную душу и поддержку во всех жизненных ситуациях. 

Во второй части снова показана прекрасная мечта – мужественный, сильный Дмитрий, жадная до духовной высоты, нравственно рвущаяся вверх Марина, герои-антагонисты, которые хоть и совершают тяжелые проступки, все же находят в себе силы исправляться к лучшему... 

Герои задают правильные вопросы, получают правильные ответы и главное – задав вопрос, получив ответ, они реализовывают себя в Боге и обретают некое волшебное состояние духа, когда ты пронизан ощущением, что ты – Божий... 


Freitag, 9. Dezember 2016

Книга "Регент Марина" или "Наша служба и опасна и трудна"



     Клирос - удивительное место. На нем мы обретаем возможность служить Богу. И на клиросе мы можем найти вторую половинку - настоящую, всепоглощающую любовь. И тогда смысла станет больше - служение, окрашенное и любовью к Богу и любовью друг к другу, становится воистину цельным. Птица не летает на одном крыле. Вот и регент Марина, герой повествования, не смотря на все попытки лететь на одном крыле в своем клиросном служении обрела любовь всей жизни...И полетела по-настоящему.    

Montag, 24. Oktober 2016

Любовь исправляющая

Любовь исправляющая


Господь так нас любит! Просто представить себе невозможно. Можно лишь немного ощутить это прикосновение Божественной любви. Если душа чуткая, если жизнь ее поддерживается регулярно в лоне православной церкви, путем молитвы, принятия церковных Таинств, чтением Евангелия и иных душеполезных текстов, то она становится очень чуткой к прикосновению Божьему.
Мы – дети. А Господь – наш Отец. И, как ребенок, который сделал что-то не так, если этот ребенок привык перечить, будет упрямиться и все равно делать по своему не смотря на то, что родители сказали «так не надо, а надо так», так и душа не будет слышать Бога, исправляющего неверные поступки и даже мысли. А если ребенок послушлив, он сделает так, как говорят родители, так и душа сразу отреагирует, и человек поймет, что он не верно поступил, помыслил и принесет плод покаяния, исправив и мысли и поступки.
Прикосновение Божией любви чаще всего ощущается именно через моментальное исправление нас. Чем более Господь нас любит, чем более чутка душа, тем более быстрее Он вмешается, если мы что-то не так мыслим, делаем. Иногда это происходит настолько быстро, что даже становится страшно – Господи, насколько Ты близко. Он тут же скажет: «Ей, дщерь моя дорогая, ты забываешься, носик задираешь, себе приписываешь то, что Я тебе даю. Давай-ка я тебя сейчас оставлю». И оставляет. И понимаешь, что не можешь сама. И бежишь к Отцу: «Господи, помоги! Зачем Ты оставил меня? Я не могу без Тебя. Прости меня, что я подумала, что сама все делаю, что возгордилась».
Но если душа не чуткая, нет в ней веры, нет в ней церковной жизни, молитвы, то она не сможет ощутить прикосновение Божией любви. Тогда человек подумает совсем наоборот, что ему просто мешают действовать, как он хочет, он будет искать виновников, и будет находить их, тех, кто на самом деле совсем не виновен. И он будет слеп и не будет винить себя, потому что душа не чуткая, потому что она затемнена гордыней и тщеславием. Тогда и Господь отходит и не показывает Свою любовь так явно через исправление, потому что такой человек говорит: «Господи, не мешай мне, отойди, я сам». Как подросток говорит родителям: «я уже взрослый, я уйду из дома, вы мне не нужны, не лезьте в мою жизнь». Родители печалятся. И Господь печалится. Родители ждут возвращения неразумного дитя. И Господь ждет, когда тот, споткнувшись уже о более огромный камень, и наделав океан ошибок, все же поймет, что нет, не могу я без Тебя, Господи, помоги мне.
Человек взрослеет и со временем понимает, что родителей надо слушаться, и понимает это чаще уже действительно в зрелом возрасте и уж совсем отчетливо понимает это после смерти родителей и часто плачет, часто бывает слишком поздно, тогда начинает человек раскаиваться и думать, как много он сделал неправильно. Ведь у родителей есть невидимая интуитивная связь с ребенком, даже, когда он уже не ребенок.
Так и душа, чем более она наполнена духовными плодами, то есть более взрослая, тем больше она становится послушлива Богу, тем лучше человек начинает понимать, в чем в его жизни проявляется воля Божия. Но, будет очень печально, если человек поймет все только после смерти (телесной). Если после смерти родителей у детей есть возможность принести покаяние за ошибки, то после смерти телесной у души такая возможность отсутствует.
Слава Тебе, Господи! Ты нас настолько любишь, что сразу же спешишь исправить  малейшую ошибку, как те родители, которые мгновенно спешат поднять упавшего ребенка. Только бы мы обращались к Тебе и были чутки душой к Твоей любви.  

Какая связь с клиросом, спросите вы?
Такая же прямая, как абсолютно с любой жизненной ситуацией. Но поскольку тематика у нас клирос, то лучше привести наглядный пример в данной области.
Несет человек клиросное послушание, допустим, проводит службы, он регент. Был он «младенцем» в свое время в этой сфере, была у него сначала непростая учеба, затем начались первые службы, практика, море новых неизведанных проблем, море ошибок. И всегда он призывал на помощь Бога, не надеялся он только на себя, понимал, что на это место его поставил Господь, и все способности Господь ему дает (это таланты), и трудности преодолеваются с помощью Бога. И звал он всегда Бога своего: «Господи, помоги мне! Господи, не оставь меня! Господи, помилуй!». Господь помогал, и не смотря на трудности, на ошибки, всем было хорошо и радостно: певчие его любили, прихожане и священники хвалили. А регент всю похвалу относил Богу.
Прошло время, и стал регент «взрослым» и решил, что теперь все он может, что достаточно уже напрактиковался, за плечами сотни проведенных служб, через разные ситуации он прошел, и знает, как решить любую проблему. Решил в себе, что сам он все может теперь делать и перестал Бога о помощи просить. В трудной ситуации он надеялся лишь на себя, на свои знания и опыт. Вроде и решал он сам все проблемы, не призывая больше Бога, но как-то они сложно стали решаться: то со священником конфликт, то на певчих накричит, да и у самого мира в душе не было. Но он находил всегда виноватых во всех трудностях, а про себя считал, что он молодец, все делает правильно. Тут певчие не спели, тут священник не тот возглас дал, алтарник не тот прокимен прочитал, и погода плохая тоже была виновата. Лишь он сам всегда молодец. Господь по старой привычке еще пытался помочь ему, даже когда тот не просил, но это было безрезультатно, потому регент уже не слышал Бога и сердце его было ослеплено собственной гордыней и тщеславием.
Конец этой истории уже сами додумаете.   

Dienstag, 18. Oktober 2016

Ищите Бога на клиросе

Ищите Бога на клиросе


Рассуждая о правильности церковного пения, многие пытаются найти некую чуть ли не математическую формулу – вот так нужно сделать, чтобы было музыкально идеально. Или задаются вопросом, что сделать музыкально, чтобы было идеально. Певчих пытаются привести к единому знаменателю – только такие певчие должны петь (вот список того, что у них должно быть: профобразование, вокальная постановка, дикция и т.п.), а вот такие не должны петь. Странно то, что вера в таких списках часто стоит (если вообще стоит) где-то на последнем месте.
Но церковное пение – это не математическая задача, которую можно решить путём применения формул и это – не юридическая проблема, решение которой можно отыскать в законах.
Церковное пение – это прежде всего молитва. Это – слово. Это каждый раз прямое общение с Богом-Словом. Особенно, что касается Божественной литургии, во время которой совершается главное церковное Таинство Евхаристии, явного снисхождения Слова на землю. На этой службе происходит то, что человеческому разуму непостижимо – соединение двух миров – земного и небесного, настоящего и будущего вечного, который становится в момент литургии настоящим. Ведь литургия даже не включена в богослужебный временной цикл (годовой, суточный, недельный), потому что она – вне времени. Это великое и непостижимое таинство милости Божией, снисхождения Божественного мира (милость мира) посредством Жертвы (Сына Божия Иисуса Христа), Тела и Крови Которого мы причащаемся. И она снисходит на весь мир, вне зависимости от того, участвуют отдельные лица непосредственно в самой литургии или нет, верующие они или атеисты. Господь даёт всем эту милость. Ты только приди… Святые отцы пишут, что мир будет существовать пока совершается литургия. И он существует благодаря литургии. Это объективная реальность, не зависящая от субъективного восприятия конкретными людьми.
Так отчего же мы пытаемся подвести как само церковное пение, так певчих под какие-то исключительно земные рамки, не учитывая небесной составляющей, решить проблемы пения исключительно музыкальным путём? Ведь священник проводя литургию, не руководствуется только полученными знаниями, не обращаясь к Богу, надеясь лишь на самого себя. Первое, что он делает перед возгласом «Благословенно Царство Отца и Сына, и Святаго Духа», он испрашивает помощи у Бога (молитва «Царю Небесный» и далее). Клирос не является исключением, потому что певчие непосредственно участвуют в литургии, они в диалоге со священником. Откуда у нас такое понимание, что мы не должны просить у Бога помощи? Почему считаем чуть ли не постыдным перекреститься перед началом службы, и сказать хотя бы «Господи, благослови»? Ответ очевиден – это шепчет лукавый. Но зачем мы поддаёмся? Мы боимся показать перед другими свою мнимую «слабость» (допустим, регент перед певчими). Мы полагаем, что тем самым они будут думать, что он неуверенный в своих силах человек, раз обращается к Богу. Но так думать – это безумие. Ведь ничего мы в жизни своего не имеем, и ничего не умеем хорошего делать без Бога. Через вопрошение Божьего благословения мы можем напротив быть своего рода апостолами (к примеру, воцерковлённый верующий регент перед не воцерковлёнными профессиональными певчими). Последние лишь думают, что всё делают только своими силами, и Господь не открывает им, что это не так, потому что они не смогут пока принять, открыть им это не вовремя могло бы погубить их веру прежде всего в себя, в свои способности. Но придёт время и они поймут, что в них действует сила Божья.
Я ловила себя на том, что когда провожу службу, я думаю слишком много о музыкальном (во время чтения Часов я уже думаю, какой дам тон на первую ектению, во время чтения Евангелия – я соображаю, как сейчас возвысит звук священник, придёт ли он в нужную мне тональность для следующей ектении, будет низко, высоко и т.п., тем самым слова Евангелия проходят мимо меня). Но кто-то мне шепнул: «попробуй не думать о музыкальном, о тональности, просто отойди от этого и слушай текст Евангелия, музыкальное приложится». Я попробовала, честно скажу, это было не просто. Но получилось. Я всеми своими душевными или духовными силами пыталась сосредоточиться только на тексте Евангелия, забыть на этот момент, что я веду службу, стать просто тем обычным людом, который более две тысячи лет назад слушал Живого Христа. И действительно, когда я первоочередной задачей поставила – внимание Слову и слову, то Господь дал то, что нужно было по музыкальной части, без малейших моих усилий и дум на тему тональности. Это как и написано: не заботьтесь о том, что есть, пить и т.п., а ищите Царствия Божьего, а остальное приложится тогда (Мф, 6: 31-33).
Мы пытаемся решить музыкальные проблемы исключительно музыкальными методами и удивляемся, почему не получается. Но мы забываем, что церковное пение – это не просто пение любое, оно не поддаётся только мирским музыкальным законам. Поя Богу, мы забываем призвать Его на помощь. Мы будем упорно ломать мозг, думая, что же ещё надо сделать, чтобы достичь нужного результата, я ведь человек разумный, но не воззовём к Творцу. Что ж, человек разумный, будь настолько разумен, что вспомни, что над тобой существует Высший Разум и обратись к Нему. Иными словами – просите помощи у Бога, не надо решать всё только земными знаниями. Это то же самое, когда учёные пытаются объяснить бытие только лишь научными методами, но многие из них в итоге сталкиваются с Высшим Разумом, понимают это и говорят «да здесь наука бессильна», многие даже к вере приходят. Или врачи, которые, применяя медицинские методы, не достигают результата, но вдруг происходит нечто, не поддающееся понимаю с точки зрения медицины, и разумные из них, «терпя поражение», соглашаются и говорят, да здесь действие свыше (известно множество примеров помощи святителя Луки). Но это нечто не само произошло, а по молитве, потому что кто-то попросил помощи у Бога через ходатайство святого.
Многим, конечно, не хватает веры, и они будут упорствовать и утверждать «так не может быть!». Не поступаем ли мы часто при попытках улучшить церковное пение именно сразу по последнему методу? Не утверждаем ли так же, что не может быть молитвенного пения без красивых аккордов, без хорошей вокальной позиции, и что Ангелы никак с нами петь не могут?
Может и ещё как могут! Тогда, когда человек обращается к Богу. Потому что Господь даёт и красоту аккордов, и всё и даже более, что необходимо для церковного пения, и чего не достигнуть только музыкальными методами.
Для Бога ведь никакого труда не составляет сделать так, чтобы абсолютно каждый хор пел, как ангелы. Но Он медлит. Почему? Потому что нет действия от человека, нет обращения к Нему, нет ответа на Его милость, нет хваления (Жертву хваления). Зато есть наша самость, наша самоуверенность в профессионализме. А к Богу пусть взывают те, «левохорные», они же не такие учёные, как мы. Но Господь терпелив, Он дождётся и таких упрямцев. И именно для Того Он позволяет петь им в храме, чтобы они рано или поздно почувствовали Хозяина, сердцем приняли веру. Для «левохорных» в свою очередь тоже полезно поупражняться в любви и смирении, чтобы искоренить из сердца высказывания вроде «ах, ну я зато верующая», научиться всё покрывать любовью. Чтобы не быть, как тот сын, который вознегодовал, когда вернулся в отчий дом его блудный братец. Что отец сказал? Сын, ты всегда со мной и всё моё – твоё (Лк, 15: 27-32).
Любая позиция, когда человек превозносит свои способности, будь то профессионализм либо вера неправильна. И то, и другое является даром Божьим. Никто из нас ничего своего не имеет, кроме греха. Им лишь только и можем «хвалиться», а остальная похвала Богу, и к Нему же за помощью тех проблем на клиросе, которые сами решить не в состоянии.
Впрочем, лучший ответ находим у святителя Игнатия Брянчанинова: «Истинный талант, познав, что Существенно-Изящное - один Бог, должен извергнуть из сердца все страсти, устранить из ума всякое лжеучение, стяжать для ума евангельский образ мыслей, а для сердца евангельские ощущения. Первое дается изучением евангельских заповедей, а второе - исполнением их на самом деле. Плоды дел, то есть ощущения, последующие за делами, складываются в сердечную сокровищницу человека и составляют его вечное достояние. Когда усвоится таланту Евангельский характер, - а это сопряжено с трудом и внутреннею борьбою, - тогда художник озаряется вдохновением свыше, только тогда он может говорить свято, петь свято, живописать свято».
И далее:
«Престань скитаться, как в дикой пустыне между зверей, в плотском состоянии, среди разнообразных страстей! Войди во Двор Христов вратами - покаянием и плачем. Этот плач родит в свое время радость, хотя и на земли, но не земную. Духовная радость - признак торжества души над грехом. Пой плач твой, и да дарует тебе Господь воспеть и радость твою, а мне услышать песни твои, возрадоваться о них и о тебе, о них и о тебе возблагодарить, прославить Бога. Аминь».
И пусть не будет понято написанное так, что следует отбросить все музыкальные приёмы для достижения прекрасного церковного пения, а лишь так, что музыкальные приёмы не принесут результата, если не будут основаны на стремлении к Богу, на всём том, как написал святитель Игнатий.
Помоги нам Господь!